Когда 1 апреля 2024 года в Германии вступил в силу закон о каннабисе, главный аргумент противников звучал просто: разрешите хранить и выращивать — и курить станут больше. Прошло два с половиной года, и теперь есть самый плотный набор данных, какой только можно было собрать для проверки этого прогноза. Это 23 волны опросов и почти 36 000 респондентов, поровну распределённых по двум годам до реформы и двум годам после. Итог укладывается в одну фразу: роста в этих цифрах пока не видно.
Исследование группы под руководством Даниэля Котца из Дюссельдорфского университета имени Генриха Гейне и Якоба Мантея из Университетской клиники Гамбург-Эппендорф вышло в сентябре 2026 года в журнале International Journal of Drug Policy (DOI: 10.1016/j.drugpo.2026.105501). Это короткий отчёт — компактный анализ с намеренно узким вопросом. Он входит в государственную программу оценки закона о потребительском каннабисе, в которой участвуют несколько авторов.
Ключевые выводы
С апреля 2022-го по апрель 2026 года 6,4 процента из 35 957 опрошенных в возрасте от 14 до 64 лет сообщили, что употребляли каннабис за последние двенадцать месяцев. Тренд этого показателя оставался по сути ровным по обе стороны от 1 апреля 2024 года. Ни в населении в целом, ни среди мужчин, женщин, людей 14–24 лет или 25–64 лет после реформы не нашлось статистически значимого излома, и доля тех, кто употребляет ежедневно или почти ежедневно, тоже не сдвинулась. Авторы столь же прямо говорят о том, чего данные не показывают: контрольной группы у исследования нет, в других странах эффекты легализации накапливались годами, а домашние опросы не дотягиваются до самых уязвимых групп. Их рекомендация — не успокаиваться, а продолжать наблюдение по нескольким источникам данных.
Откуда взялись данные
Источник — DEBRA, Немецкий опрос о курении. Это постоянное общенациональное исследование, которое идёт с 2016 года и отслеживает потребление табака и никотина, а с апреля 2022-го — и каннабиса. В каждой волне около 1500 человек опрашивают лично, у них дома, по компьютерной анкете. Примерно 40 процентов участников набирают случайной стратифицированной выборкой, остальных — по квотам, чтобы выборка соответствовала населению Германии по возрасту, полу, размеру домохозяйства, образованию и региону. Для анализа данные дополнительно взвешивали по тем же параметрам.
Исследователи взяли волны с 36-й по 58-ю — с апреля–мая 2022 года по март–апрель 2026-го. Двенадцать волн пришлись на время до вступления закона в силу, одиннадцать — после. Поскольку с января 2025 года опрос перестали проводить среди людей старше 64 лет, весь анализ ограничен возрастом от 14 до 64.
Вопрос в анкете был простой: употребляли ли вы когда-нибудь каннабис? Тех, кто ответил, что за последние двенадцать месяцев употреблял ежедневно или почти ежедневно, не реже раза в неделю, не реже раза в месяц или реже, относили к потребителям за год. Внутри этой группы ежедневное или почти ежедневное употребление считалось признаком интенсивного потребления.
Одна деталь важна для того, насколько выводам можно доверять. План анализа был опубликован на платформе Open Science Framework до того, как исследователи посмотрели на данные (osf.io/w92v5), вместе с кодом для расчётов. Такая предварительная регистрация — публичное обязательство, которое не даёт подгонять метод до тех пор, пока не получится нужный результат. Сами сырые данные при этом не открыты.
Как ищут излом в тренде
Представьте линию распространённости как дорогу. Вопрос в том, меняет ли она направление на определённом перекрёстке — в первой полной волне опроса после 1 апреля 2024 года. Инструмент для такой проверки называется кусочной логистической регрессией: линии разрешают один наклон до перекрёстка и другой после, а затем проверяют, отличаются ли эти два наклона. Случайный эффект для каждой волны поглощает лишний шум, который возникает из-за небольших выборок в каждой волне.
Резкий скачок в самую дату вступления закона в силу команда проверять не стала. Логика такая: закон редко меняет поведение целого населения за одну ночь, а тест на скачок склонен принимать случайный шум за настоящую ступеньку. Для проверки провели плацебо-тесты, сдвинув предполагаемую точку излома на две волны раньше и на две позже. Если на выдуманной дате излом получается таким же убедительным, как на настоящей, — настоящий под подозрением.
Тот же анализ провели для всей выборки, отдельно для мужчин и женщин, для людей 14–24 и 25–64 лет и для интенсивного потребления внутри группы тех, кто употреблял за год. Последняя подгруппа — 2302 человека — оказалась слишком мала, чтобы делить её ещё и по возрасту с полом.
Результаты в подробностях
Из 35 957 респондентов 2302 человека, то есть 6,4 процента, сообщили об употреблении каннабиса за последние двенадцать месяцев — примерно 100 человек на волну. Среди них было 1644 мужчины и 658 женщин; 750 человек в возрасте от 14 до 24 лет и 1549 — от 25 до 64. Внутри группы потребителей 270 человек, или 11,7 процента, употребляли ежедневно или почти ежедневно.
Ответ на вопрос исследования дают коэффициенты изменения наклона после реформы. Ни один из них не достиг статистической значимости: все p-значения были 0,15 и выше. Для населения в целом расчётное изменение наклона составило 0,001 при p-значении 0,978 — настолько близко к нулю, насколько это вообще бывает в опросных данных. У мужчин показатель равнялся 0,020 (p = 0,633), у женщин — минус 0,039 (p = 0,462). Для 14–24 лет — 0,086 (p = 0,234), для 25–64 лет — минус 0,034 (p = 0,301). Для интенсивного потребления внутри группы потребителей изменение составило 0,125 (p = 0,154).
Тренды до реформы тоже были почти всюду ровными. Единственное исключение — доля интенсивных потребителей среди тех, кто употреблял за год: до апреля 2024-го она понемногу снижалась (коэффициент минус 0,091, p = 0,04). Плацебо-тесты подтвердили общую картину. Дополнительная модель, которая всё-таки допускала скачок в дату реформы, ничего по существу не изменила, лишь сдвинула p-значение для дореформенного наклона в группе 25–64 лет с 0,071 до 0,028.
Сырые кривые при этом не стоят на месте. У мужчин распространённость выросла примерно в третьем квартале 2023 года, потом откатилась и снова пошла вверх с середины 2024-го. В группе 14–24 лет та же форма выражена резче. Интенсивное потребление колебалось сильнее всех остальных показателей и за период слегка снизилось. Но при сотне потребителей на волну колебания такого размера — это и есть случайный разброс, и ни одно из них не совпадает чисто с датой реформы.
Насколько надёжны эти данные
Авторы перечисляют ограничения своей работы с непривычной прямотой, и читать их стоит так же внимательно, как результаты. Первое и главное: это наблюдательное исследование без контрольной группы. Второй Германии, где закон не приняли, для сравнения не существует. Поэтому ровная линия не доказывает, что закон ни на что не повлиял; она показывает лишь, что никакое влияние не выделяется на фоне других сил, которые двигают потребление каннабиса и без того.
Второе: закон о потребительском каннабисе и закон о медицинском каннабисе вступили в силу в один день, и их эффекты не разделить. Медицинский закон открыл доступ к соцветиям каннабиса по рецепту через телемедицину почти по любому показанию, и Германия с тех пор стала крупнейшим коммерческим рынком каннабиса в Европе: в исследовании говорится примерно о 200 тоннах медицинского каннабиса, доступных в 2025 году. Часть этого потребления может попадать в опрос как обычное употребление, и данные не позволяют понять, какая именно.
Третье: домашние опросы плохо охватывают маргинализированные группы — как раз тех людей, у которых проблемы с каннабисом возникают чаще всего. Четвёртое: абсолютная распространённость, скорее всего, занижена, потому что не каждый скажет интервьюеру у себя в гостиной правду о наркотиках. Пятое: легализация могла сделать людей более откровенными. Но это создало бы ложный рост, а не спрятало его, так что к наблюдаемой картине это не подходит.
Шестое касается самого вопроса о двенадцати месяцах. Тот, кого опросили в первый год после реформы, мог описывать употребление, случившееся ещё до 1 апреля 2024 года. Авторы считают эту проблему небольшой: около 80 процентов потребителей в их выборке употребляли каннабис и за последние 30 дней, а второй год наблюдения целиком лежит после реформы.
На стороне сильных сторон — плотность данных. Двадцать три точки измерения дают куда более подробную картину, чем обычный национальный опрос раз в три года. Авторы подсчитали, что всего десять волн по 1500 человек обнаружили бы рост с 5 до 7 процентов с вероятностью выше 90 процентов. Увеличение такого масштаба не осталось бы незамеченным.
Что говорят другие немецкие данные
Результат совпадает с тем, что показывают другие источники. Эпидемиологический опрос о злоупотреблении веществами, который проводят раз в три года, зафиксировал, по анализу Ольдербак и коллег (DOI: 10.1111/add.16356), стабильный рост годовой распространённости среди людей 18–59 лет с 5,1 процента в 2012 году до 10,0 процента в 2021-м — и всё это при полном запрете. Для 18–64 лет группа Евы Хох сообщила в Deutsches Ärzteblatt International (DOI: 10.3238/arztebl.m2025.0161) о 8,8 процента в 2021 году и 9,8 процента в 2024-м; разница статистически не значима. Рост пришёлся только на мужчин (с 10,7 до 12,3 процента), у женщин показатель почти не изменился (с 6,8 до 7,1 процента).
У молодых взрослых похожая картина. Орт и коллеги в Journal of Health Monitoring (DOI: 10.25646/14216) обнаружили, что среди мужчин 18–25 лет распространённость выросла с 26,9 процента в 2023 году до 31,6 процента в 2025-м, а среди женщин снизилась с 19,4 до 18,8 процента, и оба движения продолжают тренд, идущий с 2008 года. Интенсивное потребление удивительно стабильно уже десятилетия: около 10 процентов потребителей с 1995 года, с выбросом 15,7 процента в 2021 году, и без значимой разницы между 2021-м (17,3 процента) и 2024-м (16,2 процента).
Ещё два направления указывают туда же. Анализ методом «разность разностей» с Австрией в качестве контроля (DOI: 10.1016/j.lanepe.2026.101593) не нашёл краткосрочного роста вождения под воздействием каннабиса, а анализы сточных вод из 15 немецких городов, описанные во втором промежуточном отчёте программы оценки EKOCAN (DOI: 10.25592/uhhfdm.18530), не показывают скачка после реформы. Как немецкие цифры выглядят на мировом фоне, мы разбирали по свежему докладу ООН о потреблении каннабиса в мире.
Почему два года — не последнее слово
Немецкая модель устроена принципиально иначе, чем в Канаде или американских штатах с коммерческой розницей. Там распространённость после легализации умеренно выросла, что задокументировали и систематический обзор, и обзор обзоров (DOI: 10.1016/S2468-2667(24)00299-8). Анализ данных американских студентов (DOI: 10.1111/add.14939) добавляет, что эффекты накапливаются, а самые большие изменения проявляются примерно через пять лет после реформы. В Германии нет магазинов, рекламы и ценовой конкуренции. Легальный доступ идёт через растение на балконе или через некоммерческие клубы выращивания, которые получили право подавать на лицензии только с июля 2024 года и раскачиваются медленно.
Именно поэтому авторы формулируют вывод осторожно: легальные пути к каннабису, вероятно, ещё не раскрылись полностью, а рост, наблюдаемый с 2012 года, может продолжиться с более пологим наклоном. Для политического спора это режет в обе стороны. Тот, кто требует откатить закон из-за роста потребления, пока не найдёт опоры в этой серии данных. Тот, кто уверяет, что безвредность закона доказана, растягивает данные ровно настолько же. Рынок тем временем заметно смещается в сторону медицинского каннабиса, как показывает наш разбор данных BfArM об импорте за первый квартал 2026 года.
Полезно держать в уме и американский контраст: в США, где коммерческая легализация идёт больше десяти лет, Институт Гэллапа в 2026 году впервые за 82 года наблюдений зафиксировал, что каннабис курят чаще, чем сигареты. Немецкая ровная линия на этом фоне выглядит как результат другой конструкции закона, а не просто короткого срока наблюдения — хотя проверить это можно будет только через годы.
Что это значит для оценки закона
Закон о потребительском каннабисе предписывает четырёхлетнюю научную оценку, и DEBRA — одна из её опор. Серия продолжается; следующие волны покажут, удержится ли ровная линия. Исследование заодно делает видимой исследовательскую инфраструктуру: опрос населения с ежемесячным шагом, заранее зарегистрированный план анализа и открытый код. Почему такой фундамент значит для науки о каннабисе больше, чем вопросы юридической классификации, мы разбирали на примере перевода каннабиса в другую категорию в США и барьера в финансировании исследований. А чего у немецкой модели нет по сравнению с коммерческими рынками — фискальной составляющей как таковой, — показывает оценка Йельского университета по налогу на каннабис.
Честный итог такой: через два года после частичной легализации доля людей, употребляющих каннабис в Германии, измеримо не выросла, а доля ежедневных потребителей не изменилась. Сохранится ли это, когда клубы выращивания заработают по всей стране, а медицинский рынок продолжит расти, — вопрос открытый, и само исследование ставит его именно так.
FAQ
Измеримо — нет, по данным опроса DEBRA среди 35 957 человек, опрошенных с апреля 2022-го по апрель 2026 года. Годовая распространённость за весь период составила 6,4 процента, и после 1 апреля 2024 года тренд не показал статистически значимого изменения направления ни в одной возрастной или половой группе. Другие немецкие опросы приходят к похожему выводу, фиксируя при этом долгосрочный рост, который начался задолго до реформы.
В группе 14–24 лет исследование не нашло значимого изменения тренда, хотя сырая кривая там колеблется сильнее, чем у старших, потому что подвыборка меньше — 6103 человека. Отдельный опрос людей 18–25 лет зафиксировал между 2023 и 2025 годами рост среди мужчин и небольшое снижение среди женщин, и оба движения продолжают тренд с 2008 года.
Никак: немецкий закон действует только на территории Германии. В России каннабис остаётся в списке наркотических средств, оборот которых запрещён. Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление и переработка наркотических средств преследуются по статье 228 Уголовного кодекса РФ, а незаконное культивирование содержащих наркотические вещества растений — по статье 231. Легально в России выращивают только техническую коноплю сортов из Государственного реестра с содержанием ТГК не выше 0,1 процента, а CBD не зарегистрирован как лекарственное средство. Данная статья описывает зарубежное исследование и не содержит рекомендаций.
Нет, и авторы говорят об этом прямо. Без контрольной группы нельзя утверждать причинно-следственную связь; эффекты потребительского и медицинского законов не разделить; а опыт коммерческих рынков показывает, что изменения в потреблении могут проявляться через несколько лет. Исследование показывает, что за первые два года заметного роста не было — и не более того.
Юридический дисклеймер
Материал носит исключительно информационный характер и описывает зарубежное научное исследование и правовую ситуацию в Германии. Он не является юридической или медицинской консультацией и не содержит рекомендаций по приобретению, выращиванию или употреблению каннабиса. На территории Российской Федерации каннабис и его производные относятся к наркотическим средствам; их незаконный оборот и культивирование содержащих их растений влекут ответственность по статьям 228 и 231 Уголовного кодекса РФ. Разрешённой к обороту является только техническая конопля сортов, включённых в Государственный реестр, с содержанием ТГК не более 0,1 процента; экстракты каннабиса подконтрольны, юридически однозначной фракцией является масло семян конопли. Законодательство других стран может отличаться существенно. По вопросам, касающимся вашей правовой или медицинской ситуации, обращайтесь к квалифицированным специалистам.
